Мир встретил капитана Альберта вместе с его лодкой, которая, как он думал, утонула в кислотном море желудка Левиафана... Он оказался совсем в чуждом ему мире, среди высоких зданий, вершины которых нельзя увидеть и огромных скоплений людей, снующих туда-сюда. Неунывающий капитан Альберт думал выйти на контакт с людьми, однако абсолютно не мог понять их речей, идущих невпопад с его мыслями — те лишь стояли и протягивали в его сторону загадочные ручные устройства, от которых доносились щелкающие звуки и иногда вспышки. От такого Альберт даже скрылся в своей лодке, пока не понял, что его что-то поднимает вверх и уносит. Высунув голову из люка подлодки, он видит перед собой молодую женщину в черном костюме и очках, которая, улыбаясь, приветствует его:
— Добро пожаловать в наш мир, капитан Альберт!
— Д-добрый день, госпожа! — ответил он дрогнувшим голоском, наполовину скрывая лицо за люком подлодки.
— Будем дружить? Мы отвезем вас в безопасное место, где сможем поговорить в более комфортной обстановке.
— Да, конечно! Да и да! — он выбрался до туловища и улыбнулся во все зубы.
 
Переговоры прошли быстро, и Альберт согласился сотрудничать с Бюро, однако... ну, он не обладал вообще никакими способностями! Он был просто популярным персонажем, который воплотился в реальном мире. Решив, что Альберту будет самое место среди воды, если больше его нечем занять — они дали ему лодку, определили ему зарплату и пустили отдыхать среди морей и познавать новые берега, как юноша и мечтал, ведь для Бюро он, по сути, был бесполезен, но однако!.. Однако!..
Однако в какой-то момент он все же возвращается к берегам Японии с требованием вернуть ему его маленькую подлодку и дать команду, чтобы отправиться в экспедицию в поисках Левиафана. Согласно теории Альберта, в мире людей вместе с ним появился и древний монстр, за которым он охотился в своем произведении, и нигде иначе, а в самом Бермудском треугольнике! Бюро ему не поверило и долго отказывалось ему в предоставлении всего, что ему было нужно, однако он все же каким-то образом настоял на своём (скорее всего этому поспособствовало раздражение главного координатора Адальстейна Вайхосленда II о прибывании "второго героя-шоты в штабе"), и вот ему дают не только огромную военную подлодку, но и свою личную команду и двух оперативников штаба... какое счастье для капитана Альберта!
 
Он ждал их в порту Саппоро на острове Хоккайдо, откуда они отправлялись прямо к Бермудскому треугольнику!
— Добрый день, дамы и господа! — Альберт шел навстречу своей новой команде в приподнятом настроении. — Я капитан Альберт, и рад вас приветствовать перед "Александром", нашем новеньком гигантском подводном корабле, что отправит нас прямо навстречу неизведанному и затаившемуся в глубине! Вместе мы сможем найти и победить чудовище, возникшее в водах этого мира!
Альберт демонстративно отошел вбок, протягивая открытую ладонь в сторону "Александра".

[AVA]https://i.imgur.com/IRWuJPA.jpg?1[/AVA]

Соичи хмуро посмотрел на Рейна, затем перевел взгляд на злосчастный иллюминатор.
— Можно обыграть карту противника, но от провальной тактики это не спасет, — однако после этого все же решил отсесть в другую сторону, к стенке. — Меня зовут Соичи, старший матрос.
Конечно, он прекрасно знал, кто эти два человека или, если быть точнее, медиа-сущности: каждый на борту корабля знал и о Фереолле, и о Рейне Дельте, и о капитане Альберте. Кто-то, конечно, знал, потому что их дети увлекались этими персонажами. Кто-то знал просто потому, что чтение досье на каждого входило в обязательное для каждого действие перед погрузкой на корабль. Но, в общем-то, он действительно знал.
— Рад с вами познакомиться, — учтиво кивнул он им, раскладывая карты перед Рейном Дельта стороной к нему, чтобы тот мог прочесть их все, а затем попросил немного подождать его, пока они изучают карты, и удалился к кулеру с водой.
Дуэт оперативников мог ознакомиться с некоторыми картами.

Он вернулся к ним со стаканом воды. Положил его на столик рядом  и принялся пересказывать Рейну Дельте правила.
— Итак, ваша колода состоит из музыкантов и их песен. Чтобы использовать какие-либо песни, для начала вам на поле требуется разместить музыкантов и только потом применять песни. Стоит учесть, что музыканты не могут играть чужие песни, однако если на вашей стороне находится несколько музыкантов, то их способности могут комбинироваться и позволять вам мощно обыгрывать соперника или же даже в иных ситуациях убивать его за один или два хода.
— Наиболее любимая игроками комбинация по убийству противника за один ход — это комбинация из Ozoi! и группы Grrrrls! Сама группа бесполезна, но она позволяет вам применять их особые песни, которые первая значительно усиливает по урону. Это агрессивная колода, рассчитанная на раннюю игру из-за низкой стоимости "белых" заклинаний. Однако самой сильной и колодообразующей картой по праву является...
 

Прошло больше получаса.

 
— ... но так как это будет ознакомительная игра, то мы сыграем блиц-игру без взятия с колоды карт и уже с полным количеством энергии на использование песен. Все, что вам нужно — найти такую комбинацию карт, которая может как можно быстрее избавиться от своего оппонента... — и затем прошло еще минут 15.
 

— Что же, спасибо за игру, — Соичи встал с кресла и слегка поклонился победившему Рейну. — Признаться честно, вы быстро меня раскусили, когда решили сыграть на всю энергию песню "Twinkle Twinkle Little Star" для собственного лечения. Я посчитал — мне не хватало всего каких-то двух единиц урона. Достойная игра.
Он снова сел за стол, складывая карты обратно в колоду, а затем переглянулся с, кажется, получившим удовольствие от игры Рейна на, кажется, порядком уставшую от этой "скучной" игры Фереолле. Что же, в знак благодарности перед двумя медиа-сущностями, украсившими своим присутствием этот час из его жизни, он решил кое-чем поделиться с ними.
— Если вас интересует, я знаю отличное место, чтобы развеять тоску от предстоящего долгого пути. Только это весьма опасное занятие, которое, к тому же, не совсем разрешено на борту корабля, — от Рейна Дельты он не ожидал большой заинтересованности, но, вспоминая досье Фереолле, не боялся продолжить свой рассказ, особенно после следующих своих слов: — Это было изначально запрещено капитаном Альбертом, однако некоторые из моих товарищей смогли пронести алкоголь на борт при погрузке боеприпасов.
Он жестом ладони показал подойти к нему ближе, а затем продолжил.
— У обычных матросов нет доступа к нужному мне отсеку, однако если вы решите отправиться туда, то я согласен поделиться с вами несколькими бутылками из своего запаса. В основном там вино — я заранее приготовился к рыбным блюдам, — затем отодвигается и своим пронзительным взглядом смотрит на них.
Конечно, медиа-сущностям должно было быть все равно на субординацию. Они не команда "Александра", а обособленная боевая группа со своими, особыми привилегиями. И, конечно же, опасность их обязанностей и возложенные на них надежды должны поощряться. Как Бюро, так и, в общем-то, Соичи. Кто знает, когда ему пригодится их благодарность... а может они про него и не вспомнят.
— Что скажете?

[AVA]https://i.imgur.com/Rx3zknc.jpg?1[/AVA]

Китамуру назначили следить за Синъитиро, жертвой объекта "Рич-чан", убитой Николосом Рот фон Корденом в самом первом его задании. Пусть тело Синъитиро и было исцелено благодаря лучшим хирургам страны совместно с медиа-сущностями, имеющими талант к лечению, однако же душа и сердце этого молодого человека были многократно изранены, как его Рич-чан от рук Николаса. Это оставило на нём неизгладимую травму, которая вызвала для Рейна Дельты многие неприятности. Конечно, приказ оставался приказом, и даже несмотря на то, что он не особо был заинтересован в проблемах и переживаниях неизвестного ему человека, Синъитиро все равно нужно было лечить, реабилитировать. А Рейн мог помочь ему лучше всех. Пусть переписывать память не совсем справедливо по отношению к кому-либо, но иногда это необходимо. Конечно, сам процесс переписывания был намного более затратным по времени и силам, особенно таких важных воспоминаний, поэтому было решено просто уничтожить память и создать новую. С этим тоже возникали проблемы — подобный курс лечения требовал постоянного присутствия эспера, способного успокоить Синъитиро без применения снотворного и транквилизаторов. Но ведь он все-таки был медиа-сущностью, и когда Бюро не хватило кадров, чтобы отправить их вместе с Альбертом и Фереолле, отправлен был сам Рейн, в надежде, что Синъитиро справится без него.
Конечно же, эти ожидания не оправдались. Синъитиро может уже слабо помнил тот день и время, проведенное с Рич-чан, однако у него периодически начинались срывы и припадки. Китамура, назначенный следить за Синъитиро, часто отлучался из координационного центра, чтобы проведать бедолагу. Китамура сидел с ним, когда он ел, и пытался о чем-то отвлеченно говорить, просто как радио; он помогал ему заснуть, сидя рядом с ним и перелистывая страницы книги, которую читал — Синъитиро это очень расслабляло; и даже пытался играть с ним в маджонг, читал ему новости Японии за последнее время. В общем и целом, агент Китамура как обычно делал все то, что ему поручили, с надлежащей прилежностью и крайней исполнительностью, при этом успевая время от времени работать и в координационном центре.
Из-за его работоспособности и любви к работе среди рабочих даже начали ходить шутки, что он получает столько же, сколько и Аюми — конечно, это было не совсем правдой, но Бюро исправно платило Китамуре за сверхурочные. Это устраивало мужчину, которому, впрочем, все равно нечем было заняться кроме работы. Ранее он был... похож на Синъитиро, за исключением, что университет он как раз таки окончил, но после него было тяжело найти себе какую-то работу, и этот усердный молодой человек на два года присоединился к поколению ни-ни или же NEET. Поэтому, ни имея за спиной ни семьи, ни спутницы жизни, ни каких-либо друзей, он отдавал всего себя на работу Бюро и был действительно им крайне полезен.
— Тише, тише, Синъитиро-сан, — Китамура держит руку на плече Синъитиро, который бьется в конвульсиях и шепчет знакомое имя, носителя которого он уже успел забыть.
Адальстейн стоит рядом и пристально смотрит за происходящим. В его лице не сказать, что было видно какое-то сочувствие или отвращение, но немного черной желчи, иначе именуемой как меланхолия. Синъитиро мало его волновал, но, тем не менее, нужду его он осознавал. Тогда молодой маг развернулся и двинулся к координационному центру, где тут же связался с Рейном Дельта.
— Рейн-кун, — не поприветствовав его и не представившись (потому что было совершенно очевидно, кто его вызывал), — боюсь, придется отменить твой подводный курорт, ты нам очень уж нужен в Токио, особенно своему пациенту.
И, щелкнув пальцем, Адальстейн беспардонно перенес к себе эспера, прямо в тот момент, когда Фереолле старалась держаться к нему из-за своего низкого роста, после чего девушка тут же потеряла опору и понеслась лицом к полу. Но такая кошечка просто обязана была приземлиться на лапки, не так ли?
— Рейн Дельта-сэнсэй... — немного робко проговорил Китамура, глядя на подошедшего Рейна.
Он низко поклонился подошедшему эсперу и потихоньку вышел из комнаты. Синъитиро хрипел и дергался, в беспамятстве мычал имя Рич-чан, и от этих подергиваний сильно натирал кожу о застегнутые у конечностей ремешки, кусал язык и губы, изо рта начали стекать струйки крови, именно поэтому ему и вставили в рот кляп, прижав зубы.
Китамура и Адальстейн шли к координационному центру, а сам Китамура тихо заговорил с магом.
— Спасибо вам, Адальстейн-сэнсэй... — сказал он, когда они проходили прямо мимо столовой.
— Мне как обычно, — никак не отреагировав на его благодарность, он указал пальцем на помещение, и агент сразу понял, что ему надо делать. — Себе тоже чашечку прихвати. Надеюсь, тебе нравятся танцы.
 

 
Итак, Фереолле осталась единственной медиа-сущностью на корабле, если не считать бесполезного Альберта, устраивающего свои дурацкие конкурсы, чтобы просто повеселить как-то толпу. Что же в таком случае делать уставшей от занятий Фереолле? Искать другого напарника, теперь, когда их время на тренировки уже вышло? Какие глупости! Наверное, оставалось просто пойти и посмотреть на танцы других, которые так или иначе нашли себе партнеров, с которыми могли выступить. Обидно ли? Жалко ли потраченного времени? Что же, может этот день еще подарит что-нибудь Фереолле в качестве компенсации.
И когда она пришла к восьми часам вечера во вторую комнату отдыха, увидела все старания Альберта и его помощников, которые сделали из обычного помещения с кучей игральных столиков и стульев, довольно просторный танцевальный пол пять на пять метров, а также кучу скамеек, по уровням расставленным вокруг него. Кажется, думающий наперед Альберт уже заранее продумал возможность такого мероприятия, поэтому они так быстро и разложили многоуровневые скамьи из специальных конструкций.
Где-то неподалеку стоял Соичи, который так же не нашел себе пару. Он, конечно, мог выбрать любую, но... в этом ведь нет ничего особенного, ничего, что могло бы принести ему сокрушительной победы. Важнее найти кого-то особенного. И когда он обнаружил, что Фереолле среди толпы стоит одна, а Рейна Дельты все нигде не было видно, то понял, что настало его время действовать.
Поправив свой берет и легонько похлопав себя по щечкам, чтобы настроить на нужный разговор, Соичи, пробиваясь сквозь толпы людей, шел прямиком к низенькой девушке, которая даже среди японцев-моряков, отличавшихся довольно низким средним ростом, по сравнению с другими нациями, умудрялась теряться и пропадать из виду.
Каждый Соичи мечтает знать, где находится путь к сердцу девушки. Приводя самые незатейливые аналогии, можно было сказать, что Соичи искал надежду в этой маленькой девушке, воплощении оной, сам не понимая, что являлся тем же шансом и для нее. Шансом... шансом повеселиться? И именно поэтому, как любой другой мужчина средних лет, заправской моряк, побывавший в далеких от Японии берегах, с наметанным глазом и бравадой в душе, он все-таки смог найти ее. И когда подошел, то легонько похлопал по плечу, чтобы обратить на себя внимание, и шепнул ей на ушко:
— Фереолле-сан, вы заняты?
 
Они стояли в безлюдном коридоре неподалеку от танцевального зала. Соичи скрестил руки на груди, спиной упершись о стальную стенку. Он смотрел на Фереолле и лицо его изображало... Нет, "легкое безразличие" и тактика "заставь ее подумать, что это в твоих же интересах" здесь не подойдет. С такой девушкой нужны какие-то более тонкие грани. С ней нужно быть нежнее, как любовник. Заставь женщину думать, что делает тебе великое одолжение, которое ей вернется в трехкратном размере, и она тут же согласится. Не столько из-за того, что ей нужна какая-то выгода. Это ведь просто приятно: осознавать, когда в тебе так нуждаются, когда ты так необходима.
— Я скажу прямо, — он не делал многозначительных пауз, не заикался, не отводил взгляд. — Фереолле-сан, дело в том, что вы моя единственная надежда на этот конкурс.
Надежда. Именно она. Ничто иное, как надежда Соичи. Теперь о том, для чего же ему нужен конкурс. Нужна великая причина, которая увлечет Фереолле и покажет ей весь масштаб идеи молодого человека.
— Я по натуре своей человек, который любит побеждать, но не всегда оказывающийся на первых местах. Есть вещи, которые являются для человека кредо жизни. Есть мечта, к которой человек всегда стремится, или же потребности, которые он пытается заполнить. Фереолле-сан, — он отходит от стены, приближается к девушке и смотрит ей прямо в глаза. — Я верю, что с вами смогу, даже не отводя уже времени на тренировку, принять участие в этом конкурсе и победить на нем. Фереолле-сан, я покажу вам, как мы можем вырвать из этих двух недель на корабле максимум.
Она важна. Важнее в этом всем, чем сам Соичи. Возможно, это даже его долг — оставить Фереолле яркие воспоминания, показать ей, как можно обернуть этот долгий путь не скучным ожиданием чего-то, а создавать вокруг себя ситуации самим. "Александр" был отдельным, небольшим, на три сотни человек социумом, в котором каждый исполнял свои определенные обязанности, но вместе с тем был уникальным человеком, к которому нужен свой собственный подход и от которого можно получить самые разные блага. В устройстве собственного комфорта и развлечения Соичи, этот бравый морской волк, и находил смысл дальних плаваний. Но теперь ему нужно было обеспокоиться тем, что он сможет пообещать Фереолле в обмен на ее помощь.
— Я считаю, что на одном просмотре фильмов и посещению залов отдыха веселье не заканчивается, и если вы мне поможете сейчас, я позабочусь о том, чтобы это продолжалось и дальше.
Он замолчал, ожидая ответа девушки, и потом, выдохнув где-то в глубине души, с хорошо скрываемым облегчением ответил:
— Мы будем танцевать твист, — огласил он.
 

 
Соичи и Фереолле были пятыми в очереди из... пяти вызвавшихся пар. Не густо, но тем и лучше — конкуренции меньше, больше шансов победить. Но стоило еще понаблюдать за теми, кто выйдет. Конечно, можно было из всей толпы углядеть парочку людей, отчетливо напоминающих из-за своего внешнего вида пару для танцев, но... глядя на них, Соичи почему-то не очень ждал их выступления. Он стоял в этой толпе почти вплотную к толпе и, не придерживая ее за талию, но держа руки на довольно приличной дистанции, отгораживал от нее других, четко ограничивая территорию. Теперь было самое время объясниться в выборе перед Фереолле.
— Не беспокойтесь, Фереолле-сан. Твист отличный танец для веселья. Я помню, как впервые увидел, как Винсент Вега и Миа Уоллес танцуют. Это завораживает. Самое главное — расслабиться и дать телу самому говорить за себя. Не нужно бояться смелых движений.
И, в общем-то, это были все инструкции. Когда Фереолле услышит музыку и увидит движения Соичи, она сама все поймет. Ну а сейчас — идущие вперед них пары!
 
— Китамура-кун, поторапливайся, начинается, — Адальстейн недовольно смотрит, как его помощник аккуратно, но медленно несет на подносе две чашки с кофе и небольшой кусок торта.
Конкурс начался ровно в восемь вечера, как и было сказано. В семь часов пятьдесят девять минут свет в комнате отдыха погас, и на полминуты зал погрузился в темноту и тишину, и когда эффект, казалось бы, должен был уже выветриться, а интрига сойти на нет из-за долгого ожидания, сверху, над головами толпы загорелся диско-шар, освещающий танцевальный пол из кучи разноцветных плиток.
— Дамы и господа! Первое увеселительное мероприятие на борту "Александра", танцевальный конкурс, объявляется открытым! Попрошу любить и жаловать ваших судей на данном конкурсе:

И начался конкурс!
— А теперь встречайте наш прекрасный дуэт, исполняющий забойный латиноамериканский танец... Тик-Так и единственный на борту Александра латиноамериканец Рикардо Кабальеро!

Ох, следующие конкуренты были не хуже! Был танго в исполнении молодой пары, парень служил охранником на складах, а его девушка работала поваром в столовой. В целом танцевали неплохо, очень даже мило, но уступили в два балла Тик-Таку и Рикардо. Но были и те, кто вырвался вперед, обогнав эту парочку на целых 3 балла! Два парня, переодевшихся и накрасившихся под молоденьких девиц. Они исполняли один из современных японских танцев "буто", где были полуобнажены, щедро загримированы и своими часто экспрессивными движениями рассказывали о пустоте души и поисках смысла бытия. У них были полотенца, зонты, мечи, веера, шляпы, маски, которые они во время танца раскидывали в толпу. Неизвестно, где они достали все эти атрибуты и, тем более, НАСТОЯЩИЕ мечи, но это было действительно так, слава богу, никто не убился!
"Двадцать пять баллов... нам нужно набрать больше двадцати пяти", — подытожил Соичи, ожидая следующей до них пары, и вот она была оглашена.
— А теперь наши четвертые претенденты, девушка по имени... э... Шаман... простите, Шадман и ее высокий спутник по имени... Сюрприз?
Адальстейн поперхнулся чаем, и было видно, как эти брызги полетели прямо в магическое зеркало, а затем раздался с кашлем голос молодого мага.
— СЛЕДУЮЩИЙ.
 

 
Так наступила очередь Соичи и Фереолле. Они вышли на танцпол и Соичи, сняв с себя туфли и отложив их в сторону, вдохновленно посмотрел на нее перед началом, коротко поклонившись и вместе с тем скинув с себя берет, открывающий его мягкие для японца черные волосы. И вот зазвучала труба!

Соичи хлопнул в ладоши, и тут же немного привстал на носки и начал вращать ступнями, взад-вперед делая выпады согнутыми в локтях руками. Он неотрывно смотрел в глаза Фереолле. Колени были слегка согнуты, а туловище немного наклонено вперед. Он делал "волну", знаком "виктория" отводил пальцы от переносицы в сторону, вел ладони к своей груди, поднимал их вверх и подавал извилисто в сторону Фереолле. Он даже протянул Фереолле руки, она их взяла, и тогда они, держась ладонь к ладони, между пальцами друг друга, ритмично двигали поочередно вперед-назад, пританцовывая ногами.
А затем, когда музыка уже должна была закончиться, Соичи потянул Фереолле на себя, и, пролетев мимо своего партнера, она, развернутая в воздухе, упала спиной на его руки. Тогда она увидела в его глазах искорки, и в тишине он сказал ей:
— На самом деле, танца будет два, — ведь он пришел сюда за победой, не так ли?

Танец замедлился. Он медленно поднял Фереолле, приподнимая ее и держась где-то в области лопаток. Прижавшись к ней ближе, Соичи начал двигаться вместе с ней на три четверти, кружась вокруг танцпола. И сам диско-шар изменил свою скорость, словно замедлился под их движения.
— Они так прекрасны, — всплакнул Китамура.
— Они нарушают правила, — нахмурился Адальстейн.
— Ура! — глядя в восторге на эту парочку тихонечко захлопал в ладоши в такт музыке Альберт, и вскоре весь зал присоединился к нему.
Их движения не были сложными или каким-то изощренными. Они просто медленно кружились, прижатые друг к другу, вокруг танцпола, и смотрели друг другу в глаза.
— Вы отлично держитесь, Фереолле-сан, — тихо заговорил он с ней. — Должно быть, тренировались перед конкурсом?
Он остановился, подвел ее к себе, едва ли не обняв, а затем раскрутил вдоль обеих рук, словно волчок, пока она не остановилась у его протянутой ладони и изящно не изогнулась спиной, выставив ручку вверх. И на этом движении, ставшим восхитительным эпилогом для музыки, они остановились, еще какое-то время стоя так, под громкие аплодисменты толпы.
Соичи молча смотрел на нее, порядком уставший от двух танцев подряд, один из которых ему пришлось вести, но лицом никак это не подавал, только парой капелек пота, стекающих со лба по щеке.
Занавес.
[AVA]https://i.imgur.com/K7zgxxN.jpg?1[/AVA]

Если честно, Соичи сначала не испытал никакого дискомфорта в том, что вот так просто воспользовался уступчивостью Фереолле, даже услышав и завидев ее крайнее неудовольствие от всего происходящего. В конце концов, он изначально затеял это все, чтобы победить, потому что в его душе играл азарт, и лишь именно поэтому говорил Фереолле все то, что говорил тогда в коридоре, когда они остались наедине. Лишь именно поэтому, несмотря на недовольство Фереолле, Соичи все не останавливался. Ему было даже плевать на возможность прокатиться на подлодке. Главное — победить, доказать превосходство, испытать самого себя.
Уговорить надежду человечества потратить на себя свое время, эту медиа-сущность, разве каждый может таким похвастаться?
Да, именно поэтому, грубо говоря, сперва у него был классический литературный конфликт: "Человек против Бога". Затем, когда он преодолел бога и заручился его помощью, нужно было сразиться с обществом, что было современным литературным конфликтом: "Человек против Общества". И он опять же победил и в этом.
Но почему-то... почему-то спустя несколько часов, когда все уже разошлись, даже несмотря на то, что Соичи и Фереолле удостоились первого места и приза, которым и сам Адальстейн не очень-то и был доволен, мужчина почувствовал какой-то знакомый, горький привкус чего-то вязкого во рту. Это было что-то донельзя знакомое и привычное, что-то вместе с горечью приторно-сладкое, настолько, что хочется сплюнуть, но не получается.
Это вкус поражения.
 
Соичи в задумчивости тяжело упал на свою койку и посмотрел наверх. Там уже спал его сожитель, и хотя время было уже довольно позднее, сон не навещал Соичи ни в одном глазу. Как так он почувствовал поражение, если выиграл? Как он мог проиграть, когда все присудили ему победу? Это продлилось бы еще долгое время, если бы не внезапное озарение.
По правде говоря, был один человек, что не признал его победу. Он был все это время наиболее близок к нему, но теперь — так далек. Всего один человек, всего одно существо, всего одна медиа-сущность, что не признала победу Соичи. Фереолле.
В ту ночь мужчина смог уснуть только уткнувшись раздраженным лицом в подушку. Это, безусловно, был провал. Теперь он это понимает. Теперь он придумает что-то новое. Дождется момента и нанесет удар.
Дождется.

Прошло два дня. Сейчас уже 24 апреля, до Бермудского треугольника плыть еще четыре или пять дней. Соичи виделся с Фереолле редко, разве что в столовой, когда они проходили мимо друг друга, словно бы не замечая никого. Словно они параллельные грядки, между которыми — ботва, густые заросли сомнений, раздражения и недоверия, которые Соичи хотел выкорчевать. Наверное, так продлилось бы еще долго, если бы не воля случая...
 
Какой матрос "Александра" не знает о том, что их капитан очень любит в игры играть! И не только подвижные, но и настольные, и даже компьютерные! Но, конечно, сегодня будет не первое и не третье. Альберту в голову пришла внезапная идея сыграть в Мафию! И не абы с кем, а, на привилегированных правах, с участниками танцев в составе трех судей и восьми танцоров. Каждому были разосланы приглашения присоединиться к игре, где Альберт уже ждал каждого участника в комнате отдыха №2, которую заранее освободил под игровые нужды.
— Мы обязательно выложим для вас запись с игры, потому что, согласитесь, Мафия — это очень атмосферная и вдумчивая игра, где любое вмешательство извне недопустимо! — ответил Альберт расстроенным матросам, которые хотели посмотреть на то, как эта солянка разношерстных людей будет вместе играть.
В общем-то, они закончили приготовления и стали ждать всех, кто согласился вступить в игру!
 
И, на удивление, пришли абсолютно все. Даже Адальстейн связался с Бюро, присоединившись к их игре с помощью удаленного магического контакта — портала-зеркала, с которым он судил танцы.
— Ой, Адальстейн, я так рад, что ты пришел! — заерзал на месте обрадованный Альберт появлению Адальстейна, самому первому среди всех.
— Что, еще никто не пришел? Ну и ладно, — тут же отключился от связи маг, прервав магический информационный поток.
— ЭЙ!
Но, к счастью, подобное отношение Адальстейна не дало Альберту сильно печалиться, потому что вот уже начали прибывать люди в довольно темное помещение, освещаемое одними лишь свечами, освещающими лицо каждого из присутствующих. Пришли все: и уборщика Кучики Токо, и латиноамериканские танцоры, и парочка, исполняющая танго, и два молодых человека, которые снова переоделись под девочек! И, самое главное, Фереолле и Соичи.
— Добрый вечер всем, — поклонился тем матрос, учтиво улыбнувшись и кротко взглянув на Фереолле, сев прямо напротив нее.
Прошло еще какое-то время на подготовку, после чего все наконец собрались и, казалось бы, уже должна была начаться игра, как Альберта внезапно осенило:
 
— Ой... э-э-э, я забыл про ведущего...
— Я притащил своего, — бросил Адальстейн и сделал глоток чая, после чего над столом появилось синий образ клаксона, который внезапно заговорил.
— Д-добрый вечер, дорогие... участники! — раздался голос молодого человека, несколько неуверенный, но живой.
— Ой, как чудесно! — обрадовался Альберт и низко поклонился лицу Адальстейна.
— Всё-всё, начинай уже игру, Китамура, — раздраженно отмахнулся маг.
 
Комната на пару секунд стала абсолютно черной, словно свечки внезапно перестали источать свет — с барской руки Адальстейна, безусловно, — а затем, как только загорелись вновь, перед каждым из игроков, рубашкой вверх, лежала своя карта.
— Дорогие участники, возьмите, пожалуйста, свою карту и посмотрите вашу роль!
Каждый из игроков достал ее и, незаметно для других, узнал о своей роли.
— Теперь, когда все ознакомились с картами, перейдем к игре... Гм... где там это правило... я потерял... — глухой стук. — Ай! — невнятное бормотание. — Город засыпает... — игроки закрывают глаза. — Просыпается мафия...
Соичи открывает глаза и встречается взглядами с Фереолле.
Судьба, безусловно, на его стороне.
 
Итак, у них есть роли, и, кажется, Фереолле досталась крупная роль, в отличие от Соичи. Значит, нужно слушать босса? Он немым вопросительным взглядом посмотрел на девушку, ожидая приказов и, если той не найдется, что ему показать, то предложить свой план.
[AVA]https://i.imgur.com/K7zgxxN.jpg?1[/AVA]

Ночь 1: первая проверка, убийство и лицо Фереолле
Игра началась, и напряжение тут же повисло над темной комнатой, в которой все замолчали. У большинства игроков было легкое смущение и смятение из-за боязни быть убитыми в первую же ночь — такие, как Кабальеро и молодая пара (назовем ее просто дуэтом "Танго"), — кому-то было все равно и они сидели с немного раздраженной миной, вроде Адальстейна, уборщицы Кучики Токо и Тик-Так, а кто-то и вовсе весело ерзал на стуле — Альберт и парни, переодевшиеся в девочек.
Соичи открывает глаза сразу после того, как дон проверил кого-то из людей, и видит лицо, от которого подносит ладонь к губам, чтобы не засмеяться. У Фереолле была крайне милая и донельзя забавная реакция, от специальной наигранности или даже искренности которой все можно было простить. Босс указывает на "Переодетого мальчика №1" (прим. ведущего: отсюда и ныне ПМ-1), и Соичи низко кланяется своему боссу, вытягивая вперед руку с согнутыми в форме пистолета пальцами и делая актерский выстрел в ПМ-1.
Он убирает пистолет обратно и кивает ведущему, принимая ту же позу в которой сидел до этого и подмигивая Фереолле.
— Мм... мафия засыпает, просыпается комиссар...
После того, как Фереолле и Соичи легли спать, действовать начали комиссар, доктор и маньяк. Кроме них остались еще шесть обычных гражданских. И когда все закончили свои действия, ведущий объявил утро.
 
День 1: итоги первой ночи и спонтанные обвинения
Свечи волшебным образом потухли, включились лампы, и в помещении стало тепло. Игроки потихоньку стали открывать глаза, жмурясь и пытаясь привыкнуть к свету. Вновь щелкнув пальцами, Адальстейн сделал лампы тусклее, и сидеть стало намного приятнее.
— Наступает утро, город просыпается. Первой ночью был убит... ой, мм... как вас зовут... — клаксон обратился к молодому мужчине из пары "Танго", — в общем, вас убили, да... И еще одного горожанина спасла скорая помощь... Вот, пожалуйста, сейчас каждый горожанин представится и выскажет свои мысли о прошедшей ночи и голосовании на сегодня! — закончив свое слово, Китамура тяжело выдохнул, кажется, откинувшись на спинку стула, как только передал слово игрокам.
Видео-запись с игры в мафию идет в "Александрийский архив", базу данных обо всех мероприятиях на борту Александра. На ней запечатлены лица каждого из игроков, кто говорит, а также охватывается вся ситуация в целом. Неизвестно, искусный ли это оператор или же магия Адальстейна, но снято все динамично и интересно.
На кадрах видно, как девушка убитого гладит его по плечу и с грустной улыбкой провожает его взглядом из комнаты. Сама же жертва, в общем-то, не обижен, но немного грустит из-за того, что хотел поиграть со своей парой. Он садится на диван в дальнем углу комнаты отдыха и следит за игрой оттуда.